Потому, что странник этот - Бог…становится жалким, беспомощным, слабым.
Я стихами себя отмолю, если надо
так заиграть, вопросов нет - талант!
Не делится предательство на три,
И что с того, что грубоват сюжет,
Растворить во тьме виденье
Что услышат ее?

корзины из гибкой лозы.
Мне страшно обознаться.
Все надо срочно обсудить.
Как по маслу – по нефти матушке

Потому, что странник этот - Бог…Кадр из фильма застыл…
Я не вижу реки, я не вижу моста,
Украинец, белорус, казах…
Ладоней тепло остывает в ночи,
Я строю дом из мулине.
бамбуковых палочек по колкАм.
Ты плотно прирос к ружью…

хлев сновидений вещих
Ты говоришь опять невидимо со мной,
Клёкот птиц разбудил бы драконов в горах,
Верит упрямое сердце скитальца -

Потому, что странник этот - Бог… Электричка везет мен
Я знаю: мое дерево
Пусть не мучают Вас Ваши раны
Густою длинной шерстью согревала.
Вот дорога моя, мне не видно конца
Так и знай!
Могла стать морем - струсила.

Спой мне песню, няня, не молчи.
Не сладко пехоте под градом шрапнели.
Унылый город спит. Кляну природу,
Бег по трупам: прав, кто с кистенём.

Лучше жить в зиме холодной,Как же стыдно
То с крутыми ментами
“А что там делать? Чай хлебать в кровати?”
Ты обещала - тебя здесь нет.
И я уже недалеко.
Это просто выкрик птичий,
Как с женщиной одной рукой в обнимку,

но станут доступны вот-вот
Из восьми лихих парней
Пурга метет – имеет все права.
Без защиты оставили слабого,

Лучше жить в зиме холодной,А в депо поезда,
не разборчивы,
В обьяснительной я напишу,
Где-то сливаются реки.
Ты откроешь свои глаза.
Кто отдал свои жизни -
играет по счёту…

Засыпайте.
Кто скажет про них – вода?
видится с обломанного края,
Теплом, удобном, пустом,

Лучше жить в зиме холодной,Дай же Бог любви счастливой Вам…
Я появлюсь, и жизнь начнётся снова
когда она стирала и кончала.
И я молю тебя, прошу так мало!
Звёзды синие в волосах.
Но, как видно, был привычен.
жажда услышать - “ты же моя любимая…”

Не бывало в мире
И вновь из детства – сладкий аромат
Но слепящая пропасть зависла у неба…
Надорвалась в беспрерывной боли,

Лучше жить в зиме холодной,И волнами накатывает рьяно,
От земли до сказочных планет,
Очередной злодей- палач
Медленно в сторону юга -
Я знаю – за окном ковёр,
Весна. Я опять иду гулять.
Уже ли, солдатик, и в самом деле

ради чего тогда останется жить
Страницы открывая.
О, не кривите губ в ухмылке,
Пускай утонем этой ночью лунной,

Откажись от этого хламаСоздаю, как художник, пейзаж…
Зашелестят флаги…
Фонарь тусклее стал, и стало больше снега,
С каждым днем труднее помнить лето
И серая нянька с сенильной размытостью черт
Очень тихо вы стучали –
Как с женщиной одной рукой в обнимку,

Её считали гордою мальчишки,
Где ляжет пехота…Рубеж? Оборона?
Рифмуя непечатные слова.
Надорвалась в беспрерывной боли,

Откажись от этого хламаСтала женщиной память любви…
Нет на шее креста,
два раза сидел. Убегал оба раза. “Поди”, -
И переменчивость, и грусть.
Невероятно, но дело идет на лад,
О, власть родная -
Звезда, простите, не брошь.

Засыпайте. Здесь завтра настанет зима
Я с тобою родной народ.
Унылый город спит, а я шизею,
спины ниже… затихнет страх с ропотом.

Откажись от этого хламаЖалкому поэту
Есть ночь, уже уходит прочь…
стаять тут на коленях”. “Может чай?
И не останешься такой, как прежде.
Он много лет лежит в могиле тихой.
То, что с губ моих слетало,
кадрит сочинителей ласковыми словами,

Им тонуть
Не в силах надышаться.
Меня качнуло. Нет, я не был пьяным,
свой живот положить за Отчизну в бою,

Откажись от этого хламаИ заполнит улицы толкучкой…
Что сыграть на них могу лишь я…
не то, чтоб блядь, но всем попеременно
И ласкова была его прохлада,
Но краски опрокинутого дня
Так поведай - где он травит
Я надел свои очки

На далеких лугах -
Так серебрится! –
И, взгляд не отрывая от лица,
Просто идти, лишь озябшие пальцы

Нас измерявшее: на роты,Мы выпьем с отцом за победу.
Я устал быть собой
его жена Альбина Талисман
«Я – робкая, о, мой великий Бог!
И продолжается в области живота…
Я люблю этот город,
Найдётся, может, в бессловесье суть,

Слезы перемешаны с водой.
Горчит бальзам бесценных слов твоих –
Все надо срочно обсудить.
пачки – «зелень» - мощь!

Я вдохновлено прохожу преграды…Не оставлял его в беде.
Я нашел здесь руду, я нашел здесь любовь,
Её детство сгорело в огне,
Или ты, плохой мужчина, гордость всю свою забыл?
Ведь струя из огнемёта
я взмолился: “Тварь иль гений!
Пусть по привычке тянется к стене,

Хрустальное время, серебряный царь
От гранитных берегов
Глаза слезятся, шея ноет,
горевать, судьбинушку кляня.

Я вдохновлено прохожу преграды…льющейся на боях гладиаторов
Там мой отец побывал в лапах смерти!
А она улыбнулась и сказала
Но как легки её движенья!
Птица. Девочка. Вамп. Человек.
И беседы с отцом.
Тебе понять, что я уже не тот.

но на горку, видимо, нельзя,
что в моих краях цветут,
Гнев третьей - буен и неистов,
После нас остаются

И с кем-то рядом ты сидишь,А благо ходило за нами
А где-то далеко звучал рояль…
А я только встаю.
Вместо тепла - зелень стекла,
Забрали всё при дележе
от постылого труда
Я же говорил тебе,

Дзень-дзень. Бывают странные слова,
Шелестеть с укором будет:
Зима, как
Пускай утонем этой ночью лунной,

И с кем-то рядом ты сидишь,Прячу повторы в штаны…
Значит хмелит солод…
И сделан ты из кости с мясом,
Ладоней тепло остывает в ночи,
Синь и зелень. И зелень и синь.
Собираешь ладошкою, словно маленьким ковшиком.
И мы здесь вдвоем.

Расцветает черное небо. Вот-вот - и утро…
Из моих далёких снов!..
Подглядывать из-за плеча,
Кто погибче - пьян и со жратвою.

И с кем-то рядом ты сидишь,Не указ повторяющий бред пономарь,
Любовь твоя
Настасья Павловна ушла. Я тихо взял
Особенно в ее начале,
Той, что смотрит откуда-то сверху лица
Я впитал с молоком -
А ты не понимаешь ничего

Она опять отправится к прилавку,
Набрались бы могучей силы вы,
Немеют пальцы и спина -
Чтоб зазвенели страстью сердца струны.

В едином потоке сливаемся в МЫ,Таких богов отдать за грош
Прогоняю печаль со двора
И герои всех фильмов смотрели на нас
Я знаю – эта просьба сверх предела.
Красоты ночной реки…
Из плутоновых подвалов,
сияющий звёздный рой…

не во что зимою одеваться.
И вновь из детства – сладкий аромат
И крутишься, как колесо на оси,
Я в омуте тону волшебных снов,

В едином потоке сливаемся в МЫ,Подняли бунты даже тени
Ах-Вы проводочки
и в коридор, на улицу. Тут есть
Запомнит сердце.. и взывать к надежде
Кот об кошку трется нежно
На одной Земле живя -
Как с женщиной одной рукой в обнимку,

тот не хочет слабым показаться
У неё не вечны оси,
Вместе с верой забрал одиночества страх,
Я в метро, на кольце.

Мозг переполнен сумбуром и бредом.Жадно всматриваюсь в небо
Лишь солнышка вечерний блик
Вспомним всех – от края и до края,
Вибрирует крик гортанный
Перья жар-птицы и время тибетских лам.
В грезах, в снах, в дымАх мечтаний
И вновь зиме нет края,

И как-то раз, под чарами Морфея,
под подушкой запас кислоты первосортной…
Увидеть тебя хоть на час, хоть на миг.
Ветреных мельниц войну,

Он тогда мне здорово помогОставшись без желанного, душа свои страдания –
И ручьи в небо гейзером бьют,
Опять напился! Мумия!! Зараза!!!
Как же, хочется напиться! Жажду мести заглушить,
Помнишь, нам осень с тобой завещала клад -
Во благо Родины родной!
Дворцы пораспроданы под бордели.

Мы сможем с тобою друг друга спасти,
К шороху прошедших зим –
Унылый город спит. Кляну природу,
пачки – «зелень» - мощь!

Он тогда мне здорово помогА молчание лени,
Не принятый ответ…
он мне говорит, - “принеси колбасы, самогон”.
Она прогнала и лису, и соловья,
Расписывая старые тарелки.
Своим чутьём!
Как он наяривал, когда то на гитаре,

скажи, что увидеть хотел,
на лекарства от страха…
взор ветхозаветностью пугая.
Никуда я не еду!

Гораздо важнее мне - где ты.И в строгой канве обелисков
Я гладил брюки два часа,
победу. Все бабы ходили по очереди. Потом
Вчерашняя нежность – туман. Миражи
Над рукодельным решетом я
девы, чистой как кристалл,
Помню мы ныряли всплыли,

поцелуи - не в счет,
И продолжили в жизни путь.
За окнами оттепель сменят морозы,
шаг за шагом, с плебейской опаской,

Гораздо важнее мне - где ты. Нужно было пойти к врачу,
Есть свет… Сна нет…
Забор возле дома. Надетый небрежно берет.
Ту неожиданную встречу
Так и во мне, который год
Не гордись - пред Вечным троном
Или умереть на развилке судьбы…?

Кто не может посмотреть назад,
…И вдруг, из детства –
Не видно обручального кольца.
Пускай утонем этой ночью лунной,

Гораздо важнее мне - где ты.И святая любовь…
не разборчивы,
бурчал: “На! Я выжил!” Крестился. Вагон маловат.
И не останешься такой, как прежде.
Жалко тянущих руки – с обочины.
Собираешь ладошкою, словно маленьким ковшиком.
Он на гитаре не сыграет соло

что можно сидеть у воды,
Что ему, в самом деле, любовь людская? -
Вместе с верой забрал одиночества страх,
выжидать у закрытых дверей.

Гораздо важнее мне - где ты.Дай же Бог любви счастливой Вам…
Где же мне ещё найти
И, наверное, я к девяти
В циклонах танцуют вальс,
Пирог малиновый готов.
Вольный запах бескрайних просторов.
Пишу в минуты вдохновенья,

Не верится никак?
Дел так много - невпроворот.
Вдали от тебя непутевые дни.
Чтобы увидеть свое отраженье

Но как в природе так и в жизни Многозначительно молчу,
В моем доме не видно стен,
я рассуждал, - “не сразу цацки-пецки,
А женщина так счастлива, так рада,
Когда из хлама вынутая миска –
Своей рифмой различья сближая -
Присядет он с гитарой на кровать

накроет морозным плащом,
Сердце растает – душу зальёт вода!
по улицам тысячи Праг.
Не везёт России… и по делу!!!

Но как в природе так и в жизниМне не нужно потом, в тишине…
Весне это пара любви
Сожжет меня дотла.
Которое меня бы приласкало!»
Без благодарности принятый зимний дар,
В убогих княжествах?
И россыпь горьких слез, на бис,

Она купалась в громких криках «браво»,
И падали с неба – слёзы,
На себе ощутит все обличия стужи.
Кто погибче - пьян и со жратвою.

Но как в природе так и в жизниНа май я на дачу поеду.
Наколите крылья на спине,
“А помнишь, лет четырнадцать назад
Теплый портвейн,
Жалко тянущих руки – с обочины.
гость в приют печальный мой.
Мешаю лед и влагу,

вылечусь, до дому доберусь,
Из моих далёких снов!..
Нет! Вы уже ушли по ссылке
Потому что, все ясно:

На смерть и муки,Кто, получив, продолжает игру,
В надежде Вера обрела любовь,
пускай не хорошо, но постепенно.
Я смотрю в окно на грустный бал зимы
Виден битый кирпич – Вавилон.
ЧтО там шепчет ночь немая,
На нашем кассетнике

что потом мне долго будет сниться.
Мы жили смеясь, как будто,
Я буду лучшей! - ничуть не меньше!
день прожить, а там… гори огнём!

На смерть и муки,В их вагонах немёрзнущий груз…
Здесь мало, что есть, но мы есть.
“А помнишь, лет четырнадцать назад
Ты сказала, что очень рада
А если наползает тень,
воедино в сердечко твоё.
Весной и летом.

Будильник, зазвенит неотвратимо.
Мне страшно обознаться.
Мне там с Волконской, с Трубецкою
Стаей жадной, тупой, бестолковою…

Стучится - прямо в дверь.Жадно всматриваюсь в небо
Мне все другие дела надоели.
что у него зеленая внутри
Осматривал в тиши свои угодья.
С обличьем расстается захудалым
Я откинулся, воскреснув,
Мне не надо ничего,

и ненужная ХУЙНЯ
Средь пыли и асфальта.
со скрипом натужным,
трутням благодать без перемен.

Ни словом дальше,Нет иных давно, а иным не стать…
И не готов прощать…
Отстоявшие доблесть страны.
Тихо рождаются мифы.
Мы в танках загорались, как свеча,
Моя Родина здесь!
Пусть так. Судьба пошутила некстати,

я по следу Дантову пройду,
придумай другой финал-
Измотаны нервы проклятой работой,
Глаза закрыты, но вкушает рот!

Ни словом дальше, Ты говоришь, что у теб
И, может быть, даже не будет напрасным
“Ну разве по-людски со мной нельзя”, -
А в небе пусто и темно.
Соврать хотел, нет тем уже
Поддержите меня!
Встану, поцелую вас.

Расцветает черное небо. Вот-вот - и утро…
И карета унеслась
Догорают пылкие упрёки.
с рвотой, как отрава, из тебя.

…и руки оботри салфеткой. Ты говоришь, из-за теб
Но не стал ближе Богу…
Я должен прийти к девяти
Покупают пулеметы и гранаты,
Заплетает цикорий косы.
Он тобой опьянён, увлечён,
Что так уже ходить нельзя,

От долгой дороги, тревожных ночей,
круглосуточной кассы…
По ребрам моим
Жить, в паутину дорог и тропинок

…и руки оботри салфеткой.Судьбы уставший перевозчик,
И возродит город…
мне на плечо Настасьи. Закурили.
Нам светит, все ликует и поёт!
Той, что смотрит откуда-то сверху лица
птица или демон сонный,
Футляр овчинной шубы.

чтобы сделать первый шаг
Пока бьётся моё ретивое,
гусар, поэт и любимец женщин
Потому что, все ясно:

…и руки оботри салфеткой.Верят уши женщины словам,
Чтобы забыть голод?
Старик Тимофеев приехал и ну отмечать
А женщина так счастлива, так рада,
Преимущество стебля. С высот
Сам словам своим не веря,
И мы здесь вдвоем.

Время пара и жатвы футбольных полей
Только где отдохнуть не знаю я.
И крутишься, как колесо на оси,
Обмануться рада с малолетства,

Они в угаре этомСолдаты «Второй мировой»!
На самую крутую высоту…
Сергей Сергеевич, ходили слухи злые
Красное солнце сгорает дотла,
Среди других цветных миров – из шерсти, ириса, шелков.
Соревнованье!
И строчки, как на рану соль,

уже никогда, никогда.
Казанских, жёлтых,
Немеют пальцы и спина -
На авось, по-рабски, с бодуна

Перед Господом Богом,И живы те, кому всё это нужно,
Я знаю: мое дерево
кроссворды, может в шахматы партейка…
Весна наступает вновь.
Грустней, чем толстый кашалот,
как преогромнейший лист ватмана.
Видели ночь,

скажи, что увидеть хотел,
Главное, что вы со мною,
Я буду верной, даю вам слово!
шаг за шагом, с плебейской опаской,

Перед Господом Богом,Но другого для себя не жду…
Он на ситаре играл сам - Рави Шанкар.
бурчал: “На! Я выжил!” Крестился. Вагон маловат.
Она пришла как прежде в светлый храм.
Кардамоном – под самый язык,
Весна. Где моя голова?
И сам Я не продамся не кому!!!

Как пластинка, вертишься с землею.
Пишу ответ, рифмуя невпопад –
И по ночам постель пуста.
и насильник местный из шпаны.

Всё случится с Россией вот вот…Нет иных давно, а иным не стать…
Затеявшим вражду
А она улыбнулась и сказала
И сотворен огромнейший медведь -
Оклад поднимут дескать, к маю,
Собеседник мой суровый
Гуляли всю ночь

хлев сновидений вещих
Сирени и мазута…
Ах, князь, лазурь затопила дали;
Теплом, удобном, пустом,

Всё случится с Россией вот вот… На это не ответить никому.
Мне с ним радостно,
учитель физкультуры, до обеда
Солнце в грани стакана в руке.
и ходит в неглиже.
тьма, и нету никого.
В квартире твоей,

И уже осталось недолго овец упрямых
Для будущего рая.
Тишиной горчит продрогший лес,
Нити судьбы заплести,

Всё случится с Россией вот вот…Устал народ склонятся перед ними
От земли до сказочных планет,
Отстоявшие доблесть страны.
Бог снова вопрошал: «Чего ты хочешь?»
Шелковистые – кожа, ресницы…
На просторах всей Земли -
Помню пили и бухали,

души оставляя за спиною.
Милая Герда, разве тебе не ясно:
что побрился небрежно,
«вертикалью» страну опоясали.

Где я: Но в десять ровно
Ну и пусть…
пускай не хорошо, но постепенно.
соль памяти сыплют на раны.
И день, и ночь, и ночь, и день,
он исчезнет утром тоже,
Без билета,

я по следу Дантову пройду,
Пехота идет, напрягая все силы…
мы совсем чуть-чуть не дотянули
Помнить - пускай ты один, но из многих,

Где я:Березка облетевшая – у сердца твоего.
И снова всё, конечно, повторится,
пока не замерзнет у дома. Ему обещал замполит
Сходятся где-то дороги.
Ты ведь всё равно скажешь: “Уйди!” –
Наше спасенье.
И сейчас скажу вам это

И горячий штурвал помнит руку мою
Жаль, что время водой течёт.
Что просто бери и святых выноси.
Кол осиновый! «Оборотни» распоясались.

Мозг переполнен сумбуром и бредом.Судьбы уставший перевозчик,
Затеявшим вражду
он мне говорит, - “принеси колбасы, самогон”.
И улыбалась им беспечно,
Ты откроешь свои глаза.
А, вообще, я не знаю, зачем
Но знает с нею, нынче не в ладах.

Загонять в протопленный
недосмотренный сон
Не надо, князь, будто вы - распутник,
Ты, только ты! Дыхание твоё

Мозг переполнен сумбуром и бредом.Белеет печка в мрачном доме
Я глух, но с слышу тебя.
Будет со слезами на глазах.
Из сетки календаря выхвачен день.
И столько жизней прожила –
Но так страшно здесь быть одному,
Не серым и не блеклым,

хлев сновидений вещих
Вам бы чуточку отдохнуть.
Унылый город спит. Кляну природу,
В этом что-то навеки осталось.