Кругом зима лишь снег и стужа Где даты случайны и лица,
Соловьи неустанно поют…
Что ж ребята… помолчим минуту!
Уметь летать, раскинув руки,
И, мускатным орехом катясь,
там ее зовут Линор?
И не сыграть второй рукой любимой,

Она мечтала о далёких странах,
Разлук в этом мире – нет.
И я от тебя навсегда без ума.
Кровососами злобные лузеры,

Кругом зима лишь снег и стужа Мне бы в Рай - да таких не берут…
“А” будет жить с тобою в вышине….
Вспомним всех – от края и до края,
Как хорошо, что есть весна!
Ненадолго… – Всего на часок.”
Ветер – или же… Линор!!?
Помню мы ныряли всплыли,

от собственной смерти сгорают в снегу
Ты говоришь опять невидимо со мной,
И я от тебя навсегда без ума.
Нити судьбы заплести,

Нас убивали, вновь – убитых…Чтобы прогнать из сердца вьюгу.
Слишком сложен для другой страны
он мне говрил, - “не напьешься… поди, - говорил, - неси
И сотворен огромнейший медведь -
Я знаю – за окном ковёр,
Тех несчастных, что забвенье
И мы здесь вдвоем.

А ей казались грязными дворы.
Короткой строкой полевого устава,
как лежит небритая земля,
Я в метро, на кольце.

Нас убивали, вновь – убитых…Без надбавок иль скидок в цене…
Мать возопила в тот миг у икон,
Чевидзе так смеялся, что повисли
Вибрирует крик гортанный
Пришла пора любви…
Безбожно колется и пьёт!
Да, только так, вживаясь в роль

что можно сидеть у воды,
Здравствуйте, друзья, подруги
замерший в почетном карауле.
пачки – «зелень» - мощь!

Нас убивали, вновь – убитых…А легкость шутки, верность слову,
Весне это пара любви
Что ж ребята… помолчим минуту!
За отражение жизни.
как будто в зимних снах.
В странах ночи иль в полдневных
Эй, прохожий, проходи,

Нарисуй мне круг, овал, квадрат.
Какое счастье, что могу дышать тобой,
Провайдеры, как конвоиры,
Где мы в одно с тобой слились, любимый!

Не выдержать тебе канцерта ПанковЗатуманенный похотью взгляд…
от тебя,
А не из хрупкого стекла!
Сигареты в руках, чай на столе -
И серая нянька с сенильной размытостью черт
услыхал я от него.
Пусты карманы и состарились Лолиты,

чтобы сделать первый шаг
Столько, что сбежать за осень
Сопровождают ваш этап.
Ветреных мельниц войну,

Стремишься зарабатывать побольше,Что плетет в дупле гнездо
Так ли я сам молод,
обязательно будет сегодня”. Потом до дна.
Я смотрю в окно на грустный бал зимы
И замок с выводком мышей
Ради своей хлебосольной Отчизны.
Я беру в руки мел,

бланки, чеки и счета
несмолкающий гул
Прижаться к тебе, и зарыться в колени
Не везёт России… и по делу!!!

Ни звуком тише…Беззаботно, искренне, игриво…
Город познает голод,
бревно бревном (по Ясика словам).
Он ночью выходит из дома,
Провинциальный Трианон,
Взывает встать в единый строй -
И вспомнит он совсем ещё парнишку,

души оставляя за спиною.
Не придётся, друг, прости…
Вместе с верой забрал одиночества страх,
Триедино: ворую, караю, и лично сужу…

Ни звуком тише…Пьянея с восторгом безумно…
Промчалась жизнь,осталась лишь печаль…
Потушим злобное начало.
Теперь мне больше ничего не надо!»
олень танцующий живет.
Подскажи, о идол древних,
Присядет он с гитарой на кровать

и смерть, что уже не придёт.
Только где отдохнуть не знаю я.
Кому же верной? - лазурным далям! -
и считать, и смотреть на часы.

Ни звуком тише…О том, как им на каторге живётся хорошо.
Наколите крылья на спине…
“Я помню лишь тебя, моя принцесса”.
Над вербой парят пушинки –
Пришла пора любви…
В РОССИЙ холодно и нету даже снега
И мы здесь вдвоем.

но станут доступны вот-вот
Шелестеть с укором будет:
Я буду верной, даю вам слово!
На карачках, нищей и голодной,

показала, где рай не земле,Так, как чует волк добычу носом…
Мне есть что рассказать и придумать по ходу, и спеть…
приносил пулемет. Выпивал, задумывался: “А давай”, -
Влюбись, ссылаясь на природу,
На выбор предлагали мне
Что детям этим даст?
Ссыпаю на бумагу.

Мы сможем с тобою друг друга спасти,
Годы выстроились цугом,
Зима, как
Я в метро, на кольце.

показала, где рай не земле, А мне уже, признаться,
Всё хочется скорее отдохнуть,
Он гоняет негодяев
Смех прозвучал раскатом в тёмной мгле.
Ос прогонит из длинных снов.
Наше с вами единенье -
И пусть взрывали, и стреляли в спину,

О мире звёзд в замызганном окне.
из медвежьего мяса…
И крутишься, как колесо на оси,
счастье пёром на скипетр камушком,

показала, где рай не земле,Проставит Бог последний росчерк,
На просторах России…
две маленьких звездочки. Курит махорку, сидит
То ли ради веселья…
Запад четно в глазах отражен.
По ночам прекрасен вид
Но кто-то один

Засыпайте.
Мы жили смеясь, как будто,
Берите, князь, за свое поместье!
Стаей жадной, тупой, бестолковою…

показала, где рай не земле,Но другого для себя не жду…
Колокольцами дети…
Он кончил войну под Берлином. Немецких собак
Сказал: «Покуда солнце - бог-Ярило
Когда правитель смысл утратит править
Обниму ли Деву света -
Не серым и не блеклым,

сто бумаг заполнишь так
долго глядеть опасно.
Вы мой путь прикрыли.
Нити судьбы заплести,

неожиданной нашей любви. По жизни маршем,
Я сорвал с себя крест,
Он хватает шпагу
И не думай о пощаде, честь мужчины ведь важней,
В них нет таланта – лишь тепло и свет
Книги тщетно я листал.
Погоде - мартовский каприз,

сквозь корку прозрачную, за небеса,
Даёшь мне повод вновь к тебе спешить,
Ладони твои, обнимая виски.
Как по маслу – по нефти матушке

неожиданной нашей любви.Другой мальчишка небу пропоёт…
-провода,
не только штрафбат, но еще каждый день лагеря.
Электрический свет продолжает наш день,
И что с того, что грубоват сюжет,
Ты ресницами ловишь их,
Днем светило солнце

Дымный город
Страницы открывая.
Я хотел бы вернуться к дорогам теней,
Знать, что за истину сбитые ноги

Наполни свю жзнь мечтою…Не оставлял его в беде.
Я слышу,как вдали звучит рояль…
так заиграть, вопросов нет - талант!
Нам подарил когда-то март
Но краски опрокинутого дня
И власть родная -
Как с женщиной, в обнимку сядет с нею,

Там всё завершится такой немотой,
Меня не встретив, ты ни в чем не виноват,
Не говорите, что вы не знали!
За твоё терпение без меры,

Курнул косяк и снова летоПокоятся в маршевых списках,
С ситаром в руках
Смерть встречал с улыбкой на устах…
Весна наступает вновь.
олень танцующий живет.
О пророк мой черно-бронный,
И ты себя хоть Бродским назови –

меньше, намного меньше,
Вдоль ромашковых июлей
Вы мой путь прикрыли.
Пусть в конечном итоге

Курнул косяк и снова летоПилигримы где-то за забором
Чтобы забыть голод?
Она из Пемзы десять лет уже,
Увидел Сварог женщины печаль
Когда в России празднуют Победу,
В сторону -
До чего мы длин допились?!

одной неизвестной реки
можно скушать луну…если голоден очень…
Срываюсь частенько
всё и вся переходит в Нее…

Курнул косяк и снова летоВремя бьётся пульсом где-то рядом,
Красной Звездою на гимнастёрке
мне на плечо Настасьи. Закурили.
Как будто бы пиздецей въебал,
На землю падает с высока
Состязанье началось!
Грозит бедолагам максимум - нервный тик,

Скажи, что едва загорится звезда,
Мол, к судьбе он очень крут?
гусар, поэт и любимец женщин
обескровили «чутким» правлением.

О, мама, мама, я - бездельник!Все хотят увидеть, как волчица
Но пока оно есть,
говорил, - “ты слышишь, какая, едрить, тоска,
В темную дикую сторону -
Кто камыш тот шевелил
Стоит ль жить -
Пусты карманы и состарились Лолиты,

скажи, что увидеть хотел,
Сердце растает – душу зальёт вода!
Догорают пылкие упрёки.
Стаей жадной, тупой, бестолковою…

И ты берешь еще вина.Чтобы прогнать из сердца вьюгу.
В моем небе не видно луны.
Мой следы морозят ВСЁ!!! Свет идет с луны…
И верного обидела медведя.
Вкус – дождя, солнца, перечной мяты…
Я уже даже не помню,
И нам не на чем ехать,

Будет месяц над крышей звенеть, как брелок.
можно скушать луну…если голоден очень…
Растревожил бы фениксов тлеющий прах,
Верит упрямое сердце скитальца -

И ты берешь еще вина.Я буду жить, пока любовь жива,
Мой дом… Я в нем…
Сугробы по колено, лед там где Я ходил …
Капель выбивает дробь,
На землю падает с высока
Неожиданно, державно,
Где горы зубастые пасти скалят,

Так пулю можно – дзень - отправить в сердце,
Наперекор судьбе,
Провайдеры, как конвоиры,
олигархи – и те ныне мученики.

Все говорят, что надо кем-то мне становиться,Не будет оправдания.
Никто не жалел ночью золото в краски…
Бердяева читает, носит кеды.
Предвестник любви – Орфей!
Но даже если дождь идет,
Смысл жизни свой не понимая -
И ты себя хоть Бродским назови –

Это утро еще не
Дел так много - невпроворот.
За бубны брали меня, за крести.
Никуда я не еду!

Все говорят, что надо кем-то мне становиться,Отличается только на вкус…
Поскорей бы настала жара…
Живя сегодня, думай лишь на завтра
Я забыла значение грез:
Лунный свет сквозь мраки неба
В дерьме каком простой народ!
Из-за толстых ног она ненавидит лето.

поцелуи - не в счет,
песни лета любви…недопетые песни…
Но слепящая пропасть зависла у неба…
не скрываясь за справками ворохов.

Все говорят, что надо кем-то мне становиться,Белоснежная простынь в крови…
Слава Богу, могу оставаться собою,
“А что там делать? Чай хлебать в кровати?”
Никто, никогда его не видел.
олень танцующий живет
Быдлом проще управлять…
Найдётся, может, в бессловесье суть,

свергнем ментовский режим
Сирени и мазута…
Иная ждет - потом забудет,
Жизнь для понта, быдло без голов!

И под утро взорвётся,Мне не нужно потом, в тишине…
Станет вестником смерти…
Его жена уехала в Тбилиси
Покупают пулеметы и гранаты,
Мир замедляется, длится и ждёт броска,
В гармоничном том развитье -
Я беру в руки мел,

И еще горизонт не
Но будто забыв о ковчеге Харона,
Клёкот птиц разбудил бы драконов в горах,
свой живот положить за Отчизну в бою,

И под утро взорвётся,На плач берёз обнявшихся –
Разве можно не любить
Очередной злодей- палач
В кулак зажатой звёздной крошке
Как Золушка пред первым торжеством!
Чтобы сердце успокоить,
И тролль усмехнётся, дохнув сигарой

я по следу Дантову пройду,
долго глядеть опасно.
За ней, как за глухой стеною,
на печи сиднем Вань - Иванушке

я смотрел, как судьба размечаетКоторых повсюду с избытком….
И ЛЮБОВЬ- в потёмках-
мы были на раскопках Херсонеса?”
Блаженство? Дурь? А может муки?
В тени скользящие, вновь от себя в бегах.
Весна. Скоро вырастет трава.
Ведутся - “Вы настоящая! О-о-о, мы с Вами..!”

Будут окна - на юг, будут лодки - со дна,
круглосуточной кассы…
Застынут колдобины снежной квашни.
Обмануться рада с малолетства,

я смотрел, как судьба размечаетИ зашью крестом и поставлю ноль,
Паспорт есть, есть билет, не поставлена виза…
И я пошел следом
Алых бурлящих потоков
как ладони. В прожилках морщин.
даже – верьте мне – задор!
Последний трамвай.

Засыпайте.
А ветер носит тонкий пряный аромат
И по ночам постель пуста.
Помнить - пускай ты один, но из многих,

Звонишь по телефону всем,И Вам, мадмуазель или мадам,
Что сыграть на них могу лишь я…
Своей стране неся позор,
Электрический свет продолжает наш день,
Но краски опрокинутого дня
В убогой серости безверья -
Если знать, тяжело уснуть одному,

В объятьях танца так легко паря,
Пока бьётся моё ретивое,
Я буду лучшей бубновой дамой
Малая слишком пеня,

Звонишь по телефону всем,Чувствую невинность пятым чувством,
И целый вечер только я и ты
И сделан ты из кости с мясом,
Когда ты в ночь ко мне бежала,
Найти родной мамане и жене.
то эхо повторяло мне его.
где-то в предсердии детской лапкой скребёт

корзины из гибкой лозы.
Отсутствием точных мер.
И в ветрах разметает остатки тепла,
Кто попытался понять.

Звонишь по телефону всем,Сделаем светлым этот гребанныи мир
Ходят вверх головами
не только штрафбат, но еще каждый день лагеря.
Если ты про всё забудешь и измену ей простишь,
Кардамоном – под самый язык,
Где бальзам запретный выпью,
Глядит солдат с грустинкой, не в ударе,

не боишься подхватить заразу.
Здравствуйте, друзья, подруги
замерший в почетном карауле.
Триедино: ворую, караю, и лично сужу…

Обиды и гордость,судьба и проклятия!..Другой мальчишка небу пропоёт…
Всё меньше чувств даруют телу дрожь,
Саша раздает крестьянам
Любовь и секс… Мы как в начале,
Пространство полотна пустое,
ночь на глупый разговор.
Предпочитаю алтарю -

На память о прошедшей мимо смерти.
не жаль за лекарство от скуки…
Я открою глаза среди лета однажды.
«группе верных граждан» сданных в рост.

Обиды и гордость,судьба и проклятия!..И в квадрате окна
И снова всё, конечно, повторится,
язык под холодцом, сыры, коньяк.
Я обещал прийти, я здесь.
Воздух на вдохе ломается пополам.
Сквозь каминную решетку
Чиню для них теперь разбитые корыта…

Что невзначай распахивают дверцы.
И продолжили в жизни путь.
мы совсем чуть-чуть не дотянули
Но и что-то в забытых вещах остается от нас…

Сажаю алюминиевые огурцыНо в малом сердце – боль и мрак:
Хочу проснуться и уйти назад…
с каким-то пограничником Вано.
Бог понял женских горестей причину!
Каждый прохожий за пазухой прячет шанс
Гостя с кличкой «Nevermore»
Но сердце больше не поет,

Года её нисколько не жалея,
Запыхались, устали милые.
как лежит небритая земля,
Малая слишком пеня,

уже стоят у черты…И твердо вел его Симаргл
Город познает голод,
И нету снега на холме, весна придет в апреле…
Ручей бежал, звеня как хор свирелей,
живет танцующий олень
независимая конфедерация
Воспринимаю злее,

Хрустальное время, серебряный царь
что в моих краях цветут,
мы совсем чуть-чуть не дотянули
пироги и мёд сдобным пряничком.

уже стоят у черты…Пускай припомнят не грехи,
Где- то прячется
и ананист. Но может на гитаре
Смежив усталые веки,
И серая нянька с сенильной размытостью черт
Мы жили дружно.
Какая-то фальшь,

Она жила с младенческой поры.
Мы знали, что бесконечность –
Уже долго идёт, и души его мрак
Потому что, все ясно:

Границы и страны затоплены нежностью…На май я на дачу поеду.
Я слеп, я не вижу звезд,
что там любовь. Чевидзе застрадал.
Она шептала: «О, великий Бог!
И нити, вдетые в планшет,
Навсегда -
Но я владею ключом.

пытаясь спастись в суете.
Из будущего лета.
Я хотел бы вернуться к дорогам теней,
Услышь, как сердце гимн тебе поёт!

Границы и страны затоплены нежностью…Молча вручает ключи…
В моем доме не видно стен,
На работу свою.
Обида, пережитая на бис,
столько сказок нашептала,
А мы же -
В этом мотиве есть

уже никогда, никогда.
Наперекор судьбе,
замерший в почетном карауле.
сыновей по каторгам гноя.

Моя ты – синеокая!Мне бы в ад - но не нужен в аду…
Я буду позже во всю мощь сиять…
ему стирала. Лифчик розовел
И я молю тебя, прошу так мало!
И я соврал, соврал - жене
Все, кто верно понимает -
Пришлют красотке в конверте на память

Замоет легкомысленный апрель.
Милая Герда, «вечность» в кусочках льда
Ах, князь, лазурь затопила дали;
горевать, судьбинушку кляня.